Олъюнидизлав

Психология подкузьмила нам всем вот еще в каком аспекте. Начиная с Фрейда, последовательно дискредитировалась роль случая в человеческой жизни. Сегодня нельзя даже дотронуться до обручального кольца без того, чтобы окружающие не заподозрили, что вы несчастливы в супружеской жизни.

Нет более ничего, что происходило бы "просто так". Человек, учит нас психология, несет ответственность за все, что он делает. Счастливые времена отмазок в стиле "я не хотел", "само собой вырвалось" и "в меня словно бес вселился" безвозвратно остались в прошлом; ныне принято искать - и находить - так называемые подсознательные причины всех слов и поступков без исключения. Иными словами, раз ты это сказал - значит хотел, даже если сам готов поклясться, что ничего подобного не имел и в мыслях (идея подсознания - это в первую очередь идея личной ответственности за непроизвольные действия, как если бы они были произвольными). Искренняя убежденность субъекта в том, что нежелательная фраза была сказана случайно, то есть непреднамеренно, становится в глазах окружающих лишь дополнительным отягчающим обстоятельством: мол, не только сотворил фигню, но еще и не проработал как следует глубины своего подсознания, не примирил свое цивилизованное эго со срамным идом.

Мы виним себя за свои непроизвольные поступки и слова, и ходим к психологам - прорабатывать и примирять.

Как бы нам всем попуститься на эту тему, а? Всем же, блин, понятно, что некоторые вещи мы делаем и говорим случайно. Просто так. То попадем в какую-то устойчивую колею в мозгу, то погонимся за красным словцом, то вообще отвлечемся, а язык в это время и рад выдавать на-гора готовые конструкции. То устанем, то нажремся, то накуримся, а то и вовсе непонятно почему начинаем городить чушь и ерунду. За кое-чем из этого, вполне возможно, что-то и кроется где-то в глубинах личности. Но вероятность (да, как правило, и важность) этого так низка, что, право же, не стоило бы забивать себе этим голову.

Чехов в "Палате №6" развенчивает идеализм Марка Аврелия, а Пелевин в "Жизни насекомых" иллюстрирует его успешное применение. При этом оба писателя, безусловно, правы.

Разница между Митей-Димой, с одной стороны, и Андреем Ефимычем-Иваном Дмитричем, с другой, заключается, по-видимому, в том, что последние только рассуждали, а первые таки сподобились полететь. Чехов, как врач и вообще представитель прогрессивной русской интеллигенции, очевидно, был сторонником теории (разделяемой, кстати, большинством современных ученых), что познание предшествует поступкам - отсюда и представление, что для того, чтобы все понять и правильно сделать, нужно только найти для этого правильные слова. Согласно этой парадигме, правильно сформулированная теория жизни ведет к успеху на практике. Таким образом, трагический финал повести свидетельствует о том, что теория Марка Аврелия была неверна.

Пелевин же (вслед за многими другими учителями дзен) исходит из посылки, что действие предшествует познанию, или, скорее, рефлексии. Любая стоящая философия возможна только постфактум - как попытка философа передать словами то, что он уже сделал, ощутил, пережил. Мнение же, будто этот словесный рассказ можно теперь использовать как своеобразную "прививку мудрости", без необходимости самому что-либо переживать в реальности - приводит к печальным последствиям, что и неудивительно.

Об этом говорит и сам Чехов, на несколько страниц ниже. "В России нет философии, но философствуют все, даже мелюзга." Именно "философствование" ответил бы я, будучи вынужден обозначить одним словом этиологию и патогенез неизбежного конца западной цивилизации.

Так что дело, вообще говоря, даже не в том, прав Марк Аврелий или не прав. Дело именно в том, что оно не в этом.

На нашем культурном пространстве, как мне кажется, совершенно утеряно древнее искусство приносить извинения. Наша жизнь протекает среди бесконечных "I'm sorry" и "Excuse me", и все же лично я уже забыл, когда в последний раз слышал искреннюю просьбу о прощении. Возможно, в фильме "Остров"... а в реальности и совсем не помню.

Как правило, извинения сегодняшнего дня делятся на следующие категории:

1. Формальные извинения. От бездумного "Извините, можно пройти?" до вежливо-неукоснительного "Извините, но..." (этого делать нельзя, это должен делать каждый, вам придется предъявить документы и т.п.). Сюда также относятся псевдоуважительные таблички в стиле "Наши услуги подорожали в два раза; просим у дорогих гостей извинения за доставленные неудобства".

2. Самоизвинения ("Проехали!"). Их можно услышать либо от очень самоуверенных людей, либо наоборот, от очень неуверенных и вследствие этого бодрящихся. "Ну все, все, проехали! Ну я была неправа, ну все. Забыли! Все, пошли завтракать!" Такое впечатление, что это я сделал какую-то фигню, а не она, и теперь она делает мне одолжение, предлагая не поминать старое.

3. Театрализованные извинения-манипуляции. Этого добра в телевизоре хватает, так что подробно объяснять незачем. Стоит на коленях, говорит драматическим голосом, даже слезу может пустить, а сам потихоньку косит глазом: ну что, есть реакция, или еще поднажать?

4. Извинения-оправдания. "Ну ты же сам знаешь, как мне сейчас тяжело! Ну как же ты можешь на меня обижаться?" Тоже всем известный прием. Вместо признания собственной вины - пробить на жалость и потом еще, в зависимости от пола, выпросить новую брошку или развести на минет.

5. Извинения-наезд. Если извинения-оправдания на жалость не пробивают, они могут перерасти в наезд, иногда сопровождающийся юродствованием. "Посмотри на меня, вот я, на коленях перед тобой. Да, я сделал глупость, но видит бог, я не хотел никого обидеть, мне просто сейчас очень тяжело. Почему же ты не хочешь меня понять? Зачем ты меня так унижаешь? Что, это доставляет тебе удовольствие?" Ну, и так далее. Суть не в конкретном монологе, а в том, что вместо извинений ты человека еще больше обосрал.

Может быть, есть и еще категории. Дело не в этом. Почему никто не извиняется нормально, без категорий? Почему нельзя просто спокойно сесть, остановить на минутку свою внутреннюю суматоху, и сказать другому человеку: "Дружище, я знаю, что спорол хуйню. У меня, возможно, были на то свои причины, но это дела не меняет. Если можешь, прости меня!"

И при этом быть готовым принять любой ответ.

Вот какое озарение снизошло на меня вчера. В современной американской культуре принято стремиться к счастью и предпринимать самые разные усилия для его поиска и достижения; однако первый же сколько-нибудь трезвый взгляд на вещи выявит, что на самом деле единственно возможным способом существования в этой культуре является как раз несчастье. Пуританство ли тому виной, или политические интриги, или экономический интерес средств массовой информации - не знаю; а только все то, что приносит настоящую радость и удовольствие, либо незаконно, либо осуждается религиозной моралью, либо просто высмеивается под лозунгом "детство в жопе заиграло". Соответственно, большинство людей или занимается погоней за псевдо-удовольствиями (от которых наутро болит голова), или просто избегает радостей, и даже стыдится их, прежде всего перед самими собой.

Человеку, у которого все хорошо, просто нечего делать в обществе всех остальных - тех, у которых все более или менее плохо. Ему даже не о чем с ними поговорить! Зудеть о проблемах и несчастьях, меряться болячками и неудачами можно бесконечно, и при этом находить взаимопонимание и поддержку; а довольный счастливчик со своими радостными новостями вызывает лишь раздражение, напоминая окружающим о том, как им хреново.

Мы все так несчастны именно потому, что не хотим быть счастливыми. Вся идея так популярной ныне депрессии вовсе не в несчастье, обрушивающемся на человека, но в его (человека) результирующей бездеятельности. Психиатрия озабочена вовсе не тем, как избавить людей от несчастья: ни один нормальный психотерапевт не ставит себе такой задачи, потому что понимает, что осчастливливание клиента приведет только к его социальной дезадаптации, отторжению от общества. Осчастливить человека нашей культуры - значит навредить ему. Лечение депрессии, следовательно, сводится к тому, чтобы оставить клиента несчастным, но при этом мотивировать его продолжать выполнение своих социальных обязанностей. Вернуться на работу, в семью, жить нормально, быть как все. Более чем странная деятельность психиатрических служб становится в таком разрезе почти объяснимой.

И не нужно думать, будто бы эти рассуждения об американской культуре не касаются культуры русской. Еще как касаются! В истинно русской культурной традиции психотерапии вообще нет, как нет и депрессии (есть хандра, но это совсем другое); поэтому любой пришедший на прием к психотерапевту или купивший книгу из серии "помоги себе сам" - уже член американского мифа.

Я ушел из медицины не тогда, когда обнаружил, что моя месячная зарплата молодого врача в Киеве равняется двухдневному доходу от бренчания на гитаре на Крещатике. Тогда я просто перестал работать в больнице и стал выживать музыкой.

Я ушел из медицины не тогда, когда стало ясно, что для подтверждения моего диплома в Америке мне придется два-три года сидеть с утра до вечера за книжками и запихивать в себя по новой ту муру, от которой я один раз уже благополучно отбрехался - анатомию, физиологию, микробиологию и тому подобную малополезную информацию. Тогда я засел за книжки и стал запихивать.

Я ушел из медицины не тогда, когда узнал, до какой степени унизительна роль врача в американской медицине - высокооплачиваемой марионетки, рекламного агента, свобода мыслей и действий которого простирается лишь до тех пределов, в которых он продолжает приносить доход своим владельцам: страховым и фармацевтическим компаниям. Тогда я решил, что даже при этом все-таки можно помогать страдающим людям.

Я не ушел из медицины и тогда, когда, ужаснувшись, осознал всю глубину морального падения специальности, которую выбрал с первых курсов - психиатрии, представляющей собой сегодня даже не заблуждение, но осознанное, четко просчитанное и спланированное надувательство, политическую и экономическую аферу, в результате которой миллионы людей проводят свою жизнь в пытках почище инквизиторских. Тогда я подал документы и был принят в резидентуру, где мне пообещали определенную свободу действий, - а в крайнем случае можно было перевестись на другую специальность.

Я ушел из медицины тогда, когда случайно прочитал книжку о войне. И мне стала очевидна одна простая вещь. Врачи на войне - не на романтической средневековой войне, когда люди защищают свой город от варваров, а на сегодняшней, грязной войне, которую правительства объявляют друг другу ради наживы - нужны для того, чтобы возвращать раненых в строй (где их будут снова убивать). И в мирной жизни, понял я, то же самое! Ко мне приходит человек, которого заебало жить в этом ебанутом мире, а я использую свои знания и навыки для того, чтобы успокоить его и отправить обратно на работу.

Когда я осознал свою роль в этом спектакле, я ушел из медицины. И теперь при каждом случае призываю людей гордиться своей депрессией, потому что, как сказал еще Хаксли в "Вечной философии", нормальное состояние просветленного человека - глубочайшая печаль при взгляде вокруг. А на любые жалобы на здоровье отвечаю: сначала попробуйте полгода не жрать что попало, не бухать, не курить, дышать свежим воздухом, не сидеть за компом, ни на кого не орать, ни от кого не огребать; и вообще, позаботьтесь о том, чтобы ваша жизнь, с вашей точки зрения, двигалась в правильную сторону. А вот если потом жалобы не пройдут - тогда, значит, пришел ваш час, и пора бросать заниматься херней и начинать задумываться о духовной стороне вопроса.

Самая большая вина медицины в том, что она не дает людям спокойно умирать. Но это уже, как говорится, другая история.

Сегодня в пункте проката автомобилей стал свидетелем того, как кассирша отказалась брать у мужика наличные деньги (не для регистрации - там всегда нужна кредитка, а в качестве расплаты).

- Мы, - говорит, - наличные не принимаем: только кредит, дебет или почтовый перевод.
Мужик аж прифигел слегка, да и пару человек в очереди не поверили своим ушам.
- То есть как это - не принимаете наличные? Это же деньги, они обязательны к приему!
- Сорри, таковы правила компании. Не хотите ли зачислить платеж на вашу кредитку?
- Какие в пизду правила??? Это деньги, федеральные банкноты!!! Вы обязаны их принять.
- Сорри. В прошлом году во Флориде компания приняла решение...
- Здесь Нью-Йорк, а не Флорида! - парадоксальным образом этот аргумент подействовал, и кассирша перешла от наступления к защите.
- Но поймите, мы не можем принять наличные... а вдруг кто-нибудь зайдет и нас ограбит?
- Ну уж извините, но это ваши проблемы. Мое дело - вам заплатить, - отрезал мужик, выложив на прилавок стопку наличных.

Видимо, решив при народе не препираться, кассирша взяла-таки его деньги. Присутствующие расползались в гробовом молчании.

Начинается.

"Вот ведь удивительная штука: как только ты понимаешь,
что живешь во тьме, из нее сразу же
появляется летучая мышь."
Пелевин, "Жизнь насекомых"

Ещё немного, и мне перестанут нравиться фильмы Джима Джармуша,
Я с каждым днем всё больше эдитпиафею и джодасэнею,
И хотя я навряд ли докачусь до того, чтобы вслух напевать "Ландыши",
Всё же оно полегче... Ну в самом деле, сколько можно играться с
Тенями?

Ещё немного - и я сяду и переслушаю всего Джона Леннона,
Чтоб окончательно уже, навсегда, насквозь про-олъюнидизлавиться,
А времена сейчас, это точно, такие, что впору лезть на стену, но
Вдруг, если спеть что-нибудь доброе, это всё глядишь - чуток и
Подправится.

В Торонто вот на что обратил внимание: люди, особенно взрослые, еще вполне нормальные. Да, нервозность на дорогах - но это в основном русские плюс дурацкая планировка перекрестков. Да, за пределами центра города лежит каменная пустыня, состоящая из семиполосных улиц, многоэтажек и универсальных магазинов - но люди все-таки, как правило, спокойные и открытые; улыбки, бывает, фальшивые, но не очень и не всегда.

А вот радио, телевидение, реклама! Это, братцы мои, даже не Америка. Еще беспардоннее, еще навязчивее, еще визгливее голоса дикторов! Еще тупее и невыносимее музыка, программы, лица моделей. Еще больше накал консьюмеризма, еще сильнее головная боль. И это со всех сторон: где ни сядь - телевизор, где ни остановись - громкоговоритель, куда ни посмотри - уродство безвкусной графики, призывающей тебя покупать и верить, верить и покупать. Словно водопад концентрированного мозгопромывателя обрушивается на голову, и некуда от этого деться.

Такое впечатление, что правительство Онтарио закупило задешево проверенные временем американские технологии, зачем-то решив в рекордно короткие сроки "догнать и перегнать". На подростках это уже видно... ой, видно. А взрослые пока более-менее.

Вот и всё, что нам осталось
От степей, снегов и сосен,
Вот и всё, что нам досталось
От лесов, полей и рек:
Огороженный забором,
Закрывающийся в восемь,
Тихий парк, где вольно дышит
Современный человек.

Мы пройдёмся по дорожке
От скамейки до скамейки
И с моста в реке-вонючке
Попускаем корабли...
Наша жизнь скрипит и стонет,
Как фонарь узкоколейки.
Мы всё шли к концу тоннеля,
И, по-моему, пришли.

ничего не бойся и люби - и у тебя будут прекрасные взаимоотношения со всем на свете

(с)cypam

в рамочку и на стену

auka wrote:
Вы не возражаете, если я немного поговорю на эту тему.
Возникает резонный вопрос :"А откуда берутся мысли?"
Предложение "надо думать", чудо как хорошо... теоретически!
Но практически,возникает некоторый порочный круг! Я опираюсь на Ваши, очень точные и меткие, выводы!
Откуда взяться мыслям, которые можно взять как основу? Если всё равно, так или иначе следы их можно отыскать в указанных Вами источниках?

skovorodkin wrote:
"Значит, я тоже мертвый?" - спросил Митя.
"Конечно," - сказал Дима, - "Но тебе это хотя бы можно объяснить, а поэтому ты уже не совсем мертвый".
(Пелевин, "Жизнь насекомых")

Думать надо; в особенности тогда, когда понимаешь, что думать бесполезно. Каждый порочный круг - это подарок, потому что из него невозможно выйти, оставаясь в его плоскости. Таким образом, он стимулирует прорыв нового восприятия мира. Но это опять теория.

На практике Вы совершенно правы - можно сказать, что все наши мысли на самом деле не наши, а поэтому ни одну из них нельзя брать за основу. И это так! Мысли брать за основу нельзя.

Мысли - это только часть реальности, и относятся к окружающему миру примерно так, как инструкция от телевизора - к самому телевизору. :) Для того, чтобы сварить кашу, недостаточно знания о том, как это делать - нужны реальные дрова, спички, вода, котелок и сельское хозяйство. Фишка нашей компьютеризированной культуры в том, что якобы достаточно лишь обладать информацией, а остальное приложится. Но это заблуждение, которое отрыгивается нам как в экономическом смысле, так и в духовном.

В мире есть много такого, что не имеет никакого отношения к мыслям или словам. Телевизору эти вещи не подвластны (поэтому он так напирает на конкретное мышление и так высмеивает карикатурную "мистику"). В этом его слабость - и наша сила.

И в этом направлении, кстати, кроется ответ на Ваш изначальный вопрос.

auka wrote:
спасибо!
Мне слабо. В силу устройства моего мыслительного аппарата. Разумнее понимать это с самого начала.
А Вам, искренне желаю успеха на этом увлекательном пути!

С некоторых пор у меня в лексиконе появилась очень удобная фраза, характеризующая высказывания, с которыми мне лень спорить. Причем лень именно потому, что - как я подозреваю - эти высказывания не суть результат самостоятельного мышления, а всего лишь спроецированное на себя повторение псевдо-мыслей, заимствованных из средств массовой информации.

Когда мне чего-нибудь такое говорят, я просто отвечаю: "Это у тебя - из телевизора". Вообще, мы совершенно не отдаем себе отчета, как много наших мыслей, желаний, и даже ощущений происходят именно оттуда.

"Лихо!" - сказал уважаемый лжеюзер auka, - "А откуда они в телевизор попадают? Хотя, следуя ходу мыслей - ответ очевиден (из телевизора)".

А в телевизор они попадают из двух источников:
- во-первых (совершенно верно), из телевизора;
- а во-вторых, из головы тех, кто с помощью телевизора добывает себе деньги и/или власть; иными словами, в телевизоре выживают те идеи, которые формируют телезрительскую массу, как можно легче расстающуюся со своими деньгами и/или своей свободой.

Когда телевизор был маленький, второй фактор имел решающее значение. Сегодня же, когда люди, стоящие за телевизором, сами в детстве смотрели телевизор, практически все сводится к первому фактору. Итак, то, что мы видим в телевизоре, появляется там из телевизора.

А теперь скажите какую-нибудь вашу собственную мысль.

Самый лучший будильник - это звуки, доносящиеся с кухни, когда любимый(-ая) готовит тебе завтрак.

А еще в каждом человеке сидят хорошие и плохие человечки, и они вылазят не случайно, а в ответ на наше хорошие или плохие поступки, пусть и неосознаваемые. Я машинально сделаю что-нибудь нехорошее, а другой человек, так же рефлекторно, выпятит наружу свою дрянную черточку. И наоборот. Поэтому за поведение своих близких несешь ответственность только ты сам; одновременно, конечно, они несут полную ответственность за твое поведение.

Завтра, в четверг 23 апреля состоится отчетный концерт группы Авоттак в составе вашего покорного слуги с друзьями. Будет много новых вещей. Состав полуакустический - кроме меня будет соло-гитара, бас и перкуссия.

Дело будет в Бруклине, клуб "Downhouse". Информация и билеты на гармошке. Приходите! Поскольку я усиленно мотаюсь между Нью-Хевеном и Монреалем, пока не очень понятно, когда удастся собраться в следующий раз.

Как правило, стремление помогать другим свидетельствует о нежелании как следует заняться собой - что в итоге приносит окружающим одно беспокойство. Как сказал мой друг Юрий Белянский, "У человека есть только один долг - быть счастливым". И это правильно! Помоги себе, избавь окружающих от необходимости служить тебе подпорками и мусорными ведрами, - этим ты поможешь им гораздо больше. Когда человеку хорошо с самим собой, то ему даже не надо ничего делать - от самого его присутствия у других людей тоже все налаживается.

Уважаемый bullfinch предупреждал давеча о нецелесообразности попыток избавления окружающих от страданий, ибо страдания "нужн[ы] людям на пути к самим себе". Я с этим согласен, но это все-таки слегка романтизированное, общефилософское заявление. На практике есть несколько нюансов, на которые мне хочется вкратце указать.

Нюанс первый. Хотя страдания действительно часто помогают людям "найти себя", это еще не достаточная отмазка, чтобы эти страдания людям причинять. Иначе можно дойти до настоящей тирании, да еще при этом быть уверенным, что ты благодетель, и тебе все по гроб жизни обязаны. (Как, кстати, неоднократно случалось в истории.)

Ну а тут, конечно, сразу возникает вопрос, где пролегает граница между непричинением страданий и неизбавлением от них. И в этот момент, как всегда, набегает толпа философов, и начинает бить друг другу морды на предмет того, является ли бездействие действием, и можно ли отличить добро от зла. Но это, конечно, от лукавого: философов надо гнать в шею, и руководствоваться исключительно внутренним принципом правильности. Слишком много ужасных злодеяний было совершено с самыми добрыми намерениями, только потому, что люди поступали не так, как им было правильно, а так, как, по их мнению, было нужно.

А если от твоего "правильно" кому-то плохо - что ж, это уже судьба.

Нюанс второй. Мы живем в довольно странном обществе, и поэтому понятие "страдания" у нас несколько деформировано. Нам кажется, что тринадцатилетняя девочка сильно пострадает, если случайно увидит голого мужчину; а то, что половина ее одноклассников принудительно жрут психотропные средства, мы рассматриваем как лечение, т.е. благодеяние. Что еще более важно, средства массовой информации приучают нас беспокоиться о страданиях абстрактных, происходящих где-то далеко. Мы переживаем за голодных африканских детей, но игнорируем голодного соседа. Мы вбухиваем сумасшедшие бабки в исследования медицины будущего, а тем временем у 40 процентов населения нет финансовой возможности воспользоваться медициной настоящего.

Абстрактно страдающим людям нельзя помочь. Аксиоматично, что посылая чек в какой-нибудь очередной фонд помощи каким-то людям на другой стороне планеты, ты никому не помогаешь, а только успокаиваешь свою совесть. Когда это понимаешь, опускаются руки, и остается лишь декаденствовать и рассуждать о полезности страданий. Да, это все правда! Но не годится при этом, погрузившись в мысли о судьбе и пути людей к самим себе, проходить мимо упавшей старушки. Бывает страдание конкретное, происходящее здесь и сейчас, только мы часто об этом забываем.

Нюанс третий, самый страшный и печальный. Страдания, как и что-либо другое, могут послужить людям путем к себе, только если они - живые люди. А живых людей остается все меньше и меньше. Совместными усилиями компьютерных технологий, системы образования и психологии с психиатрией новое поколение людей стремительно превращается в биокомпьютеры - рациональные организмы с ограниченными способностями восприятия и обработки невербальной, неконцептуальной информации. Помните новояз из оруэлловской "1984"? Когда достигнуто предельное упрощение языка, нет возможности не только сформулировать, но даже и подумать что-либо, противоречащее концепции Партии. Сходным образом, когда достаточно долго упрощаются, нивелируются, забываются, игнорируются и высмеиваются сложные дебри человеческой души, в конце концов душа действительно теряет свою сложность, становится линейной. Может ли у компьютера быть путь к себе? не думаю. Вот и выходит, что современные люди страдают не в качестве саморазвития, а просто так.

Хочется это все как-то эффектно закончить, но не буду.

Все-таки Пелевин - гений, как ни крути. Не Достоевский, конечно, да и непоследователен - иной раз такую хуйню напишет, что диву даешься: кто этот человек вообще? кто пустил его на литературное поприще? Такова, например, его последняя писанина про Пигмеев Пиндостана; плевался.

И все же, и все же. Я готов простить ему любые литературные грешки за гениальные тексты, изменившие - и продолжающие изменять - мою жизнь: за "Ивана Кублаханова", за "Музыку со столба", за главу про Сережу из "Жизни насекомых", за теорию гламурА и дискурсА, за "Чапаева" и, конечно, за вау-факторы.

Напомню вкратце, что понятие вау-факторов было впервые введено духом Че Гевары в книге "Generation P". Оральный, анальный и вытесняющий вау-факторы - это специфические типы влияния на клетки Орануса ("Ротожопы") - т.е. на людей - через посредство информационных систем, из которых во времена поколения "Пепси" самой значительной было телевидение, а на сегодняшний день стала сеть Интернет. В результате воздействия вау-факторов в сознании человека - т.е. клетки Орануса - начинают преобладать два основных импульса: оральный и анальный, т.е. потребления и выделения. А поскольку в наше время основным объектом потребления и выделения являются деньги (а вовсе не то, что на них можно купить), то в конечном итоге человека занимают только два вопроса: как заработать побольше денег, и как поэффектнее их потратить. Все остальные мысли, желания и устремления - равно как и идеи морали, красоты, здравого смысла или спокойного созерцания заката - бесследно удаляются из сознания вытесняющим вау-фактором и перестают иметь значение.

Важно понимать, что вау-факторы - это не какая-то там условная книжная абстракция. Пелевин не придумал их, а открыл. Это совершенно конкретные техники, тщательно изученные и описанные (хоть и под другими названиями), и воплощенные в рекламе - а, следовательно, в телевидении и Интернете как наиболее эффективных рекламоносителях. Даже не просто воплощенные, но лежащие в самой основе рекламы как явления. Телевидение и Интернет как таковые обязаны своим существованием вау-факторам. Если сравнивать телевидение и Интернет с развивающейся нервной системой социального организма Орануса, то вау-факторы суть основные физиологические макро-процессы этой нервной системы, подобные, скажем, потенциалу действия и потенциалу покоя в нервной системе биологических организмов.

Вау-факторы работают незаметно и давят на самые уязвимые места человеческой психологии. Поэтому человеку, желающему быть чем-то большим, чем просто клетка Орануса, необходимо от них сознательно защищаться. Как минимум, нельзя смотреть телевизор, а если его зачем-то все-таки нужно смотреть - использовать один из пяти способов защиты от телевизионного воздействия, описанных Пелевиным в той же книге (например, перевернуть экран вверх ногами). Защититься от Интернета сложнее, т.к. компьютер, благодаря своей интерактивности, создает у потенциальной жертвы вау-факторов иллюзию свободного выбора, чем еще больше усыпляет подозрительность; в результате высшие психические функции человека, необязательные для Орануса, отмирают еще быстрее. Тем не менее, защититься, наверно, все-таки можно, хотя об этом в книге ничего не сказано - писалось все-таки в девяностых.

Нагляднее всего последствия обработки вау-факторами можно пронаблюдать в ситуации, когда у одного человека денег много, а у другого мало. Тот, у кого их много, упомянет, словно бы невзначай, сколько денег он потратил на какую-нибудь херовину, а тот, у кого их мало, посмотрит на первого с восторгом и решительно подумает, что когда-нибудь у него их тоже будет много, и еще даже больше. А если в этот момент кто-то третий заговорит о дзен-буддизме, то первые двое - вместе - посмотрят на его рваные штаны и снисходительно улыбнутся.

Вчера на докладе один ученый из Лос-Анджелеса упомянул, что у него есть самолет; причем ему удалось ввернуть эту информацию в доклад так изящно, что это даже казалось уместным. В ту же секудну, прямо там, на кафедре, его пронзила невидимая дрожь анального вау-оргазма.

Пока я еще называюсь ученым и работаю в большом и красивом университете (а осталось мне недолго), у меня есть возможность наблюдать за происходящим там исследовательским процессом. Сегодня, например, присутствовал на мини-конференции, посвященной вопросам разработки компьютерных систем медицинских рекомендаций (clinical guidelines). В качестве примера была приведена следующая рекомендация (в моем вольном переводе):

"для детей от 2-х месяцев до 2-х лет, если ребенку достаточно хреново, а почему - непонятно, рекомендуется сделать анализ на мочеполовую инфекцию путем SPA или уретральной катетеризации (т.к. обычный анализ мочи может не выявить инфекцию в мочевом пузыре)"

Вам никогда не делали "уретральную катетеризацию"? Вам повезло. А может быть, вы наблюдали, как ее делают (мужчине)? Это не очень приятная, да и небезопасная, процедура, которая, по моим понятиям, производится в реанимации, когда иным путем не удается добиться отхода мочи. А тут? Грудному ребенку, для диагностики неизвестно чего, на всякий случай, чтобы не пропустить мочеполовую инфекцию? Хм...

Никто из коллег и бровью не повел - все как ни в чем ни бывало обсуждали возможности адаптирования этой рекомендации к формализированной компьютерной логике. Очевидно, здесь уже давно так, и это никого не удивляет, подумал я. А все же интересно, что такое SPA, указанная в качестве альтернативы?

С этим вопросом я шепотом обратился к сидящему рядом коллеге-педиатру. "Supra-pubic aspiration" - охотно объяснил тот. Прокалываешь иглой переднюю брюшную стенку над лобком, добираешься до мочевого пузыря и берешь на анализ его содержимое.

Или я чего-то не понимаю, или я чего-то не понимаю. Это называется медицина? Вразумите, граждане.

Вчера одна бывшая коллега по работе рассказывала о том, чем она сейчас занимается. Она медсестра и работает в некой клинике, внедрившей недавно систему электронных историй болезни (EMR).

Так вот, в этом конкретном случае ей - фактически - приходится ставить диагноз не после разговора с пациентом, а до.

Происходит это очень просто. Для того, чтобы начать вводить данные в компьютер, ей нужно сначала выбрать нужную "форму", а этот выбор зависит от того, на что пациент жалуется - в смысле, какую "основную жалобу" он назвал в качестве причины визита. На разные жалобы - разные формы.

Заполнение формы занимает 20-25 минут. Нередко пациент ближе к концу этого времени вдруг вспоминает о каком-нибудь симптоме, который переворачивает всю клиническую картину с ног на голову. Приходится как-то выкручиваться - времени все перезаполнять уже нет. Классическая подгонка под результат, мы этому шесть лет учились.

Вообще, не верьте врачам. Или верьте только очень старым врачам. Я вот безумно рад, что закончил медицинский, потому что иначе откуда бы я знал, что врачам верить нельзя. А сейчас, поработав ученым в Йельском университете, я знаю, что верить нельзя также и ученым.

Может быть я плохой врач и ученый? Может быть. Даже скорее всего.

Конечно, люди везде одинаковые. Во всяком случае, одинакового в них больше, чем разного. Особенно это справедливо в биологическом смысле: у двух здоровых людей разного пола, как бы различны они ни были внешне, запросто может получится ребенок.

В психологической сфере несколько труднее: два человека из разных культур не всегда смогут договориться. "Если постараются - смогут", - скажут гуманисты. А если, например, особенность одного из них как раз в том, что он не хочет стараться?.. Но вообще-то я сейчас не об этом.

В существующем климате "расизмофобии" стало непопулярно и даже опасно высказываться в том духе, что между разными людьми есть некие различия. Мы все одинаковые! если не в буквальном смысле, так хотя бы концептуально. И все же я вижу некий смысл в том, чтобы по крайней мере знать о существующих различиях. Потому что идеи идеями, а в реальности скажешь кому-нибудь чего-нибудь, а он посмотрит на тебя так, что сразу понимаешь: ваша так называемая одинаковость - миф, и ничего больше.

Короче говоря, мне захотелось составить приблизительный список различий между нами и ними (т.е. мной и мне подобными с одной стороны и американцами с другой). Причем не очевидных различий, а таких, о которых долгое время не подозреваешь, но которые оказывают (ибо не могут не оказывать) влияние на все существо человека, и подчас делают настоящее взаимопонимание практически невозможным.

Следующие несколько пунктов - только затравка, первое, что пришло в голову. Надеюсь на ваши комменты в смысле продолжения.

1. Большинство американцев нашего возраста не были вскормлены грудью.
2. Отпуск по беременности здесь составляет 6 недель; в возрасте полутора месяцев ребенка забирают от матери, и та возвращается на работу.
3. Практически у всех американцев есть телевизор, и они его все время смотрят. А по телевизору здесь показывают не то, что у нас в советские времена, а примерно то, что сейчас - только здесь уже очень давно так.
4. Уже в 60-е годы большинство автомобилей здесь имели автоматическую коробку передач.
5. Значительную роль во всех жизненных решениях американцев, даже с виду нормальных, играют финансовые соображения - они к этому слишком привыкли. Тема денег всплывает всегда и во всех разговорах, даже на самые благородные темы, а если не всплывает - значит, это зачем-то скрывается. Опять же, сейчас это и у нас так, но так не было во времена нашего детства.
6. Про медицину я вообще молчу. О том, что такое мудрый, добрый и, главное, бескорыстный врач, большинство американцев не знают даже понаслышке.
7. Большинство американцев нашего возраста до 16-18 лет не гуляли по улицам с другими ребятами, не устраивали шалостей, не играли в войнушку, не дрались и вообще никогда не оставались одни, без присмотра взрослых.
8. Каждая четвертая американская женщина в детстве подверглась той или иной степени сексуальных домогательств со стороны близких родственников или знакомых.

Ух, даже трудно остановиться! Но помолчу, дам и другим людям высказаться :)

Организаторы движения CouchSurfing - замечательного, кстати, движения, в котором я по мере сил участвую - похоже, совершенно лишились художественного вкуса. С большой помпой недавно было объявлено о появлении новой эмблемы веб-сайта, над разработкой которой долго трудилось чуть ли не все сообщество.

Эмблема эта выглядит так:


Для непосвященных: CouchSurfing - это сообщество людей во всем мире, предоставляющих друг другу приют в виде сакраментального дивана в гостиной. Это позволяет путешественникам не только сэкономить кучу денег, но и приобрести новых друзей и взглянуть на город, который они посещают, глазами его реальных местных жителей. При всей привлекательности этой идеи, существуют, конечно, и оборотные стороны. Апологеты движения напирают на бескорыстную дружбу и взаимопомощь, однако ни для кого не секрет, что многих пользователей интересует лишь возможность амурных приключений, а уж сколько скрытых камер в ванных комнатах и спальнях работают в поте своих катушек, я даже боюсь себе представить.

На фоне этой неизбежной двусмысленности новая эмблема движения выглядит по меньшей мере странно. В самом деле: вместо символов дружбы и бескорыстия мы наблюдаем две фигуры, одну более массивную и со вздыбленным выпирающим членом, вторую изящно изогнувшуюся в позе длительного, но только что отброшенного сопротивления. (Небольшое интеллектуальное усилие приводит к осознанию, что Африка вот-вот поимеет в рот Северную Америку, но это явно случайное географическое совпадение.) Фигуры телесного цвета, то есть явно обнажены, а к ногам их сползают огромные общие семейные трусы, которые при ближайшем рассмотрении оказываются тем самым диваном, на котором все построено. Огромные буквы CS в таком обрамлении читаются не иначе как CockSucking, а последующий взгляд на текст вызывает саркастическую ухмылку: "А, так вот как это теперь расшифровывается!"... Причем эти двое олицетворяют собой все материки земного шара (Австралию, кстати, забыли), и, значит, деться от этого неприличия некуда.

И не надо называть меня озабоченным. Здесь все так явно, что только слепой не увидит. При этом, по всей видимости, это сделано не специально, а представляет собой классический дизайнерский ляп. А вот то, что дизайнерам на этот ляп не указал миллион членов CS - это уже немного озабочивает.